Родник упоминается в сборнике дорожных писем И.М. Муравьева-Апостола "Путешествие по Тавриде в 1820 годе" издания 1823 г. К описанию прилагается не очень детальная схема Мангупа. В описании спуска мимо источника и караимских гробниц узнаётся овраг Табана-дере:
ПИСЬМО XIII. Я вышел из Мангупа с северо-восточной стороны и по крутому, лесом покрытому оврагу, спустился тропинкою столь трудною, что проводник мой, пустил лошадей по их произволу следовать за нами, пошёл и меня за собою повел пешком. Спуск сей, кроме крутизны, затруднителен ещё и по многим рытвинам, произведённым источником, вытекающим из вершины горы и стремящимся по оврагу в долину. В половине горы я проходил по лощине усеянной гробницами, коих вид доказывает, что тут было кладбище Караитов и многочисленность оных, что Жиды сии долго обитали в Мангупе".
"... Бугаз Сала (ремарка Кёппена: Коджа-Сала) <...> лежит довольно высоко, при подошве горы, на коей стоит Мангупская скала. Отсюда едешь скалистым и лесом поросшим яром, иногда как бы по каменным ступеням, вверх на чрезвычайно высокий мыс, везде почти являющий скалистые обрывы. Достигнув с небольшим двух третей всей высоты, видишь значительный остаток стены, которая была проведена поперёк доступной части яра; она кладена на известке, из тесаного и дикого камня и доведена до отвесной стены сего ущелья. При тропе вероятно находились ворота, которые разрушены вместе с частью стены. Несколько повыше, при крутом скате яра, находится Жидовское кладбище, со многими двурогими надгробиями, свидетельствующими о пребывании этого народа в город Манкупе. — Первой городской стены достигаешь в верхней, топкой части яра, где есть ключ, причиняющий влажность здешней почвы. С левой стороны тут находится пространная пещера с порядочными дверьми, и есть несколько открытых водохранилищ, изсеченных в известковом камне, которыми ныне пользуются сыромятники, Евреи, приезжающие сюда в летнее время из Джуфут-Кале, и употребляющие для выделки кож обретаемые при этой горе во множестве дубильные растения; при чём вода здешняя почитается весьма способною для таковой работы".
Но у Кёппена есть некоторые интересные примечания: впервые объясняется название Табана-Дере и сообщается о посадках табака:
"... доныне большой яр при самом Мангупе носит название Табана-Дере, которое, как говорят татары, дано по находившемуся там кожевенному заводу. <...> Выдолбленные в камне цистерны, о коих упоминает Паллас, в 1833 г. были засорены. Кожевники там уже не работают, но с 1831 г. Татары стали засевать это место табаком".
Описания путешественников, во многом схожие, отличаются направлением подъёма и спуска с Мангупа, но иногда интересны именно дополнениями.
Шарль Анри Монтандон, автор первого крымского "Путеводитель путешественника по Крыму" (фр. язык, Одесса, 1834 г., стр.228-229), поднявшись наверх через главные ворота в Капу-дере, покидал плато по Табана-дере и видел только один источник (стр. 228-229):
"... Мы входим в Мангуп-Кале через узкий проём, проделанный между скалой и очень высокой и необычайной толщины стеной. По словам татар, этот проход был закрыт железными воротами, которые можно было открыть только собранной силой в 10 человек. <...> На плато, которое справа от входа, закрытое в нескольких местах высокими крепостными стенами, виднелось множество развалин, старая греческая церковь в руинах, а под ней прекрасный родник, удобряющий табачные поля".
Строчки из очерка "Поездка в Крым в 1836 году" Николая Мурзакевича:
"... Тут в большом числе попадаются гробницы с Караимскими надписями; а ниже кладбища опять тянется крепостная стена, спускающаяся по двум склонам горы. Время и напор горной воды совершенно уничтожили средину стены; в прочих местах она ещё крепка. Не столько удивляешься древности стены, сколько особенно смелому способу её кладки: она по крутым склонам горы построена не уступами, а прямо по косой линии".
Про наличие водопровода по левому борту балки есть запись в рукописи Н.И. Репникова "Материалы к археологической карте Юго-Западного нагорья Крыма" 1939/40 гг.:
"... В 1938 г. во время огородных перекопок на западном склоне Табана-дере, на глубине 0,50 м, обнаружена линия гончарного трубопровода. Зачищено было 5 колен магистрали, подающей ещё и сейчас воду в направлении к нижней боевой стене /Сообщ. Е.В. Веймарном/".
Мне интересно, как в те времена выглядел выход воды источника? Нет ни одного упоминания, что тут был фонтан. Прямо над родником до сих пор видна кладка какой-то стены и ложбина, заваленная обломками известняка.
В 1802 году по долгу службы оказавшийся в Крыму судья Павел Сумароков (1760-1846) в двухтомнике "Досуги крымского судьи или второе путешествие в Тавриду" 1805 года упоминает родник под стеной:
"Верстах в 20 от Бакчисарая имеет свое положение неприступный Мангуп-Кале, именовавшейся в древности Аргодою. ...
Мангуп, отрезом своим от прочих окружающих его гор, колосальным воздыманием и странностью, походит на Дчуфут-Кале, с тою разницею, что площадь его пространнее, не камениста, утесы круче и крепостные ограждения важнее. Примыкающие к нему пропасти, ужасающей глубины, заменяли укрепления, и стены имеющие с лишком на полверсты в каждом боке протяжения, проведены по местам менее утесистым. Весь скат покрыт частым лесом, большей же частью приморскою сосною; разсекается оной ущельями, посреди коих извивается трудная и скрытая тропа на высоту, так что смотрящии снизу на стоящих по высоте, не выйдет из изумления и не постигнет возможности их вознесения. Почти под самою вершиною, у стены выходит родник, находятся три пещеры и поразительный оттуда вид спускается на одни исковерканные холмы, на синеющиеся вдали хребты гор и на беспримерную дикость".
